Феминизм исламский
Феминизм исламский — направление феминистской мысли и активизма, ориентированное на утверждение гендерного равенства и социальной справедливости посредством интерпретации Корана и исламских религиозно-этических принципов. Он выступает за признание и защиту прав женщин как в публичной, так и в частной сферах жизни, подвергая сомнению патриархальные толкования религиозных текстов и практики, оправдывающие гендерное неравенство. Исламский феминизм основывается на убеждении, что принципы справедливости и равенства совместимы с исламом и могут служить основой женской эмансипации (Badran, 2009; Mir-Hosseini, 2006).
Термин «исламский феминизм» получил международное распространение в начале 1990-х годов, хотя борьба за права женщин в мусульманских обществах имеет значительно более продолжительную историю. Иранские исследовательницы Афсане Наджмабади (Afsaneh Najmabadi) и Зиба Мир-Хоссейни (Ziba Mir-Hosseini) одними из первых начали анализировать становление этого явления в связи с дискуссиями о правах женщин и реформировании ислама. Важной площадкой для таких дискуссий стал иранский женский журнал «Zanan», основанный Шахлой Шеркат (Shahla Sherkat) в Тегеране в 1992 году. В 1996 году саудовская исследовательница Май Ямани (Mai Yamani) выступила редактором сборника «Feminism and Islam: Legal and Literary Perspectives», посвящённого правам женщин, исламскому праву и феминистской мысли в мусульманских обществах. Турецкие исследовательницы Ешим Арат (Yeşim Arat), Фериде Аджар (Feride Acar) и Нилюфер Гёле (Nilüfer Göle) также внесли вклад в дискуссии о социальном положении женщин, религиозной идентичности и современности. В Южной Африке мусульманская активистка, выступавшая за права женщин, Шамима Шайх (Shamima Shaikh) развивала феминистскую критику гендерного неравенства в религиозных институтах. К середине 1990-х годов исламский феминизм стал заметным предметом интеллектуальных и политических дискуссий в различных частях мусульманского мира (Badran, 2009; Yamani, 1996; Göle, 1996).
Борьбу за справедливость в рамках ислама также обозначают понятием «гендерный джихад» (gender jihad). Это выражение особенно связано с исламской исследовательницей и феминисткой Аминой Вадуд (Amina Wadud), которая развила его в своей книге «Inside the Gender Jihad: Women’s Reform in Islam» (2006). В данном контексте джихад означает последовательную интеллектуальную, этическую и общественную борьбу, направленную на преодоление гендерной несправедливости и преобразование дискриминационных практик в мусульманских сообществах.
Основные требования исламского феминизма включают:
- реформирование семейного законодательства и норм личного статуса для обеспечения равных прав в браке, при разводе, решении вопросов опеки над детьми, наследовании и других семейных отношениях;
- правовую защиту от домашнего и других форм насилия в отношении женщин, включая создание действенных механизмов привлечения виновных к ответственности;
- признание равных гражданских прав женщин, в частности в странах с дискриминационным законодательством о гражданстве — права сохранять собственное гражданство и передавать его детям;
- расширение участия женщин в экономической, политической, образовательной и религиозной жизни, включая обеспечение доступа к руководящим должностям и процессам принятия решений (Badran, 2009; Mir-Hosseini, 2006).
Для многих исламских феминисток религиозная вера является не препятствием на пути женской эмансипации, а источником интеллектуального и нравственного вдохновения. Они утверждают, что неравенство, которое нередко приписывается самому исламу, часто возникает вследствие исторически сложившихся толкований религиозных предписаний, а не из основополагающих принципов вероучения. Поскольку классические и постклассические интерпретации Корана разрабатывались преимущественно мужчинами-богословами в условиях патриархальных обществ, исламские феминистки стремятся переосмыслить эти толкования с позиций, учитывающих женский опыт и интересы.
Центральное место в этом интеллектуальном проекте занимает феминистская герменевтика Корана. Её цель — выявить эгалитарные принципы священного текста и исследовать, как его значения формировались под влиянием исторических обстоятельств и традиций толкования. Особое значение имеют три взаимосвязанных подхода:
- повторное осмысление коранических повествований для опровержения интерпретаций, приписывающих женщинам более низкий статус или ответственность за человеческие грехи на основании божественного откровения, в частности традиционных толкований истории Адама и Евы;
- обращение к аятам, утверждающим духовное и нравственное равенство женщин и мужчин;
- переосмысление положений об отношениях между женщинами и мужчинами, которые традиционно интерпретировались как обоснование мужской власти или привилегий.
Эти методы развиваются в трудах Амины Вадуд, в частности «Qur’an and Woman: Rereading the Sacred Text from a Woman’s Perspective» (1999), и Асмы Барлас (Asma Barlas), которая в книге «»Believing Women» in Islam: Unreading Patriarchal Interpretations of the Qur’an» (2002) ставит под сомнение предположение о том, что Коран по своей сути легитимирует патриархат.
Подходы феминистских исследовательниц и активисток к соотношению ислама и прав женщин различаются. Одни подчёркивают права, исторически предоставленные женщинам исламским вероучением, и объясняют современные ограничения прежде всего консервативными правовыми интерпретациями и общественными обычаями. Другие осуществляют более систематическое переосмысление религиозных текстов, подвергая сомнению устоявшиеся представления о женских ролях и авторитете мужчин — знатоков религиозного права. Вместе с тем граница между этими подходами не является абсолютной, и отдельные теоретикини могут сочетать их элементы.
Зиба Мир-Хоссейни, одна из наиболее влиятельных исследовательниц исламского феминизма, утверждает, что взаимосвязь между исламским правом и гендерной справедливостью необходимо рассматривать в историческом контексте. В её анализе принципиальное значение имеет разграничение шариата, понимаемого как божественный религиозный путь, и фикха — совокупности правовых норм, сформировавшихся в процессе человеческого толкования. Поскольку правовые доктрины являются результатом человеческого мышления, они могут подвергаться критическому анализу и пересмотру в соответствии с современным пониманием справедливости и равенства. С этой точки зрения патриархальные интерпретации религиозного права не являются ни неизбежными, ни не подлежащими изменению (Mir-Hosseini, 2006).
Важным примером организованного исламского феминистского активизма является Musawah («Мусава», с арабского — «равенство») - глобальное движение за равенство и справедливость в мусульманской семье. Оно было официально основано на международной встрече в Куала-Лумпуре (Малайзия) в феврале 2009 года, в которой приняли участие около 250 представительниц и представителей из 47 стран. Движение объединяет активисток за права женщин, исследовательниц и исследователей, специалисток и специалистов в области права и общественные организации, работающие над реформированием дискриминационного семейного законодательства и соответствующих практик. Его деятельность опирается на четыре источника аргументации: исламское вероучение, универсальные принципы прав человека, конституционные гарантии равенства и реальный жизненный опыт женщин и мужчин. Musawah исходит из убеждения, что равенство и справедливость в мусульманских семьях не только необходимы, но и достижимы без отказа от исламских религиозных убеждений (Musawah, 2009).
Исламский феминистский активизм также охватывает вопросы интерпретации религиозных обязанностей и участия женщин в богослужении. Одной из наиболее дискуссионных тем остаётся хиджаб. Часть исламских феминисток критикует принудительное покрывание головы и рассматривает навязывание определённых правил одежды как форму контроля над женским телом. Другие защищают свободу женщины носить хиджаб как выражение религиозной идентичности и личной субъектности. Следовательно, отрицание хиджаба нельзя считать универсальной позицией исламского феминизма. Центральным вопросом этих дискуссий является право женщин самостоятельно определять свой внешний вид и формы религиозной практики без принуждения (Afshar, 2008).
Ещё одним направлением активизма является борьба за доступ женщин к мечетям и участие в совместной молитве. Некоторые мусульманские феминистки оспаривают практики, обязывающие женщин входить в мечети через отдельные входы или молиться в помещениях, физически отделённых от мужчин. Американская мусульманская активистка Асра Номани (Asra Nomani) выступила против ограничений, установленных для женщин в мечети города Моргантаун (Западная Вирджиния, США), включая требование входить через заднюю дверь и молиться на отдельном балконе. Её деятельность стала частью более широкой дискуссии об участии женщин в религиозной жизни и их духовном авторитете. В 2005 году Амина Вадуд провела публичную пятничную молитву с совместным участием женщин и мужчин в Нью-Йорке. Это событие вызвало широкое обсуждение права женщин возглавлять коллективную молитву (Hammer, 2012).
Исламский феминизм охватывает разнообразные интеллектуальные позиции и формы активизма, а не представляет собой единую теологическую или политическую доктрину. Его представительницы и представители различаются по подходам к толкованию религиозных источников, отношению к сложившимся правовым традициям и представлениям об общественных реформах. Вместе с тем их объединяет стремление преодолеть дискриминацию по гендерному признаку и осмыслить возможности утверждения равенства и справедливости в рамках исламской традиции.
К наиболее известным исследовательницам, писательницам и активисткам, связанным с исламским феминизмом и дискуссиями о правах женщин в мусульманских обществах, относятся Амина Вадуд (Amina Wadud), Зиба Мир-Хоссейни (Ziba Mir-Hosseini), Асма Барлас (Asma Barlas), Шамима Шайх (Shamima Shaikh), Асра Номани (Asra Nomani), Зайна Анвар (Zainah Anwar), Рана Каббани (Rana Kabbani) и другие.
Литература
Afshar, H. (2008). Can I see your hair? Choice, agency and attitudes: The dilemma of faith and feminism for Muslim women who cover. Ethnic and Racial Studies, 31(2), 411–427. https://doi.org/10.1080/01419870701710930
Badran, M. (2009). Feminism in Islam: Secular and religious convergences. Oneworld Publications.
Barlas, A. (2002). «Believing women» in Islam: Unreading patriarchal interpretations of the Qur’an. University of Texas Press.
Göle, N. (1996). The forbidden modern: Civilization and veiling. University of Michigan Press.
Hammer, J. (2012). American Muslim women, religious authority, and activism: More than a prayer. University of Texas Press. https://doi.org/10.7560/735552
Mir-Hosseini, Z. (2006). Muslim women’s quest for equality: Between Islamic law and feminism. Critical Inquiry, 32(4), 629–645. https://doi.org/10.1086/508085
Musawah. (2009). Musawah framework for action. https://www.musawah.org/resources/musawah-framework-for-action/
Wadud, A. (1999). Qur’an and woman: Rereading the sacred text from a woman’s perspective. Oxford University Press.
Wadud, A. (2006). Inside the gender jihad: Women’s reform in Islam. Oneworld Publications.
Yamani, M. (Ed.). (1996). Feminism and Islam: Legal and literary perspectives. New York University Press.