Феминизм марксистский и социалистический
Феминизм марксистский и социалистический - взаимосвязанные направления феминистской мысли и активизма, рассматривающие угнетение женщин в контексте экономического неравенства, классовых отношений, частной собственности и организации производства и социального воспроизводства. Оба направления опираются на марксистскую критику капитализма, однако различаются значением, которое придают классовой эксплуатации и гендерному доминированию. Марксистский феминизм традиционно подчёркивает роль капиталистических производственных отношений в поддержании экономической зависимости женщин и их неравноправного социального положения. Социалистический феминизм сочетает этот анализ с феминистскими теориями патриархата, исходя из того, что угнетение женщин невозможно в достаточной мере объяснить исключительно классовыми отношениями. Такое разграничение не является абсолютным, поскольку обе традиции развивались в процессе постоянного теоретического диалога и дискуссий (Hartmann, 1979; Vogel, 1983/2013).
Интеллектуальные истоки марксистского и социалистического феминизма восходят к XIX веку и связаны с работами Карла Маркса (Karl Marx), Фридриха Энгельса (Friedrich Engels) и Августа Бебеля (August Bebel), а также ранних социалистических мыслителей Роберта Оуэна (Robert Owen) и Шарля Фурье (Charles Fourier). Несмотря на различия в подходах, их идеи способствовали утверждению понимания того, что социальное положение женщин тесно связано с экономической организацией общества и не может объясняться исключительно биологическими различиями или индивидуальными обстоятельствами.
Особое значение имеет работа Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (The Origin of the Family, Private Property and the State, 1884). Энгельс связывал историческое подчинение женщин с развитием частной собственности, наследования, классового разделения и патриархатной организации семьи. Он утверждал, что эмансипация женщин требует преобразования экономических отношений, поддерживающих их зависимость от мужчин. Хотя отдельные аспекты его реконструкции ранних человеческих обществ впоследствии были поставлены под сомнение, эта работа стала важной теоретической основой марксистского анализа взаимосвязи между семейными структурами, отношениями собственности и угнетением женщин (Engels, 1884/2021).
Важный этап развития марксистских подходов к женской эмансипации связан с деятельностью Клары Цеткин (Clara Zetkin, 1857-1933) - немецкой социалистической теоретикини и одной из ведущих организаторок международного социалистического женского движения. Цеткин рассматривала угнетение женщин рабочего класса как неотделимое от капиталистической эксплуатации и считала, что их освобождение требует экономической независимости, политических прав и участия в организованной классовой борьбе. В выступлении 1896 года «Только вместе с пролетарской женщиной социализм одержит победу» (Only in Conjunction with the Proletarian Woman Will Socialism Be Victorious) она обосновывала невозможность достижения целей социализма без активного участия трудящихся женщин. Цеткин подчёркивала, что работницы должны участвовать в политических организациях и профсоюзах наравне с мужчинами, одновременно развивая формы политической мобилизации, способные учитывать их специфические интересы (Zetkin, 1896/2015).
Вклад Цеткин не ограничивался теоретическим обоснованием женской эмансипации, но охватывал также институциональную организацию политической деятельности женщин. В качестве редакторки социалистической женской газеты «Равенство» (Die Gleichheit) и влиятельной участницы международных конференций социалисток она способствовала признанию политических прав женщин, условий их труда и доступа к общественной жизни неотъемлемыми вопросами социалистического движения. На Международной конференции социалисток в Копенгагене в 1910 году Цеткин была среди инициаторок предложения учредить ежегодный Международный женский день, призванный усилить борьбу за избирательные права женщин и политическое равенство. Её деятельность показала, что женская эмансипация требует не только преобразования экономических отношений, но и активного политического участия самих женщин (Zetkin, 1896/2015).
Роза Люксембург (Rosa Luxemburg, 1871-1919) внесла своеобразный вклад в марксистское осмысление политических прав женщин, исследуя их связь с демократией, классовой борьбой и более широкой трансформацией капиталистического общества. В выступлении 1912 года «Женское избирательное право и классовая борьба» (Women’s Suffrage and Class Struggle) Люксембург защищала право женщин голосовать как неотъемлемое демократическое требование и важное средство усиления политического участия рабочего класса. Она утверждала, что трудящиеся женщины уже продемонстрировали свою политическую состоятельность участием в профсоюзах, общественных движениях и избирательных кампаниях, несмотря на лишение их формальных политических прав.
Для Люксембург избирательные права женщин были не изолированным вопросом правовой реформы, а составной частью более широкой борьбы против социального и экономического господства. Она разграничивала политические интересы женщин рабочего класса и более привилегированных социальных групп, одновременно подчёркивая, что борьба за женское избирательное право касается рабочего класса в целом. В отличие от Цеткин, Люксембург не разработала развёрнутой теории угнетения женщин и не уделяла такого же внимания организации самостоятельного социалистического женского движения. Тем не менее её анализ связал политическую эмансипацию женщин с демократическим участием и революционной социалистической политикой, внеся вклад в интеллектуальные основы марксистских подходов к гендерному неравенству (Luxemburg, 1912/2004).
Деятельность Цеткин и Люксембург отражает как возможности, так и противоречия, присущие взаимосвязи социализма и женской эмансипации. Их подходы отвергали политическое исключение женщин и подчёркивали значение солидарности рабочего класса, но одновременно формировались в период, когда гендерное неравенство часто объяснялось прежде всего условиями капиталистического общества. Более поздние марксистские феминистки развили этот анализ, обратившись к формам угнетения женщин, которые невозможно полностью объяснить одними лишь классовыми отношениями.
Хотя эти интеллектуальные и политические традиции возникли раньше, марксистский и социалистический феминизм получили новое распространение в 1960-1970-х годах. Их развитие было тесно связано с подъёмом новых левых движений, критикой капитализма, студенческими протестами, антивоенным активизмом и более широкой радикализацией политической и интеллектуальной жизни в Европе и США. События мая 1968 года во Франции составляли часть этого международного контекста, хотя возникновение социалистического феминизма нельзя связывать исключительно с французским протестным движением. Феминистские активистки участвовали в деятельности левых организаций, одновременно всё чаще критикуя маргинализацию женского опыта и требований внутри этих движений.
Марксистский феминизм сосредоточивает особое внимание на экономических структурах, посредством которых капиталистические общества воспроизводят классовое неравенство и подчинённое положение женщин. С этой точки зрения зависимость женщин усиливается их неравным доступом к оплачиваемой занятости, производственным ресурсам и принятию экономических решений, а также возложением неоплачиваемого домашнего труда и обязанностей по уходу преимущественно на женщин.
В подходах, придающих первостепенное значение классовым отношениям, освобождение женщин неотделимо от преодоления капиталистической эксплуатации и преобразования отношений частной собственности. Интересы женщин и мужчин рабочего класса рассматриваются как потенциально общие в борьбе против эксплуатирующей их экономической системы. Соответственно, отдельные марксистские политические традиции критиковали автономные женские движения за якобы ослабление классовой солидарности вследствие приоритета гендерных противоречий над общими классовыми интересами.
Однако такая позиция никогда не была общепринятой в марксистском феминизме. Феминистские теоретикини ставили под сомнение предположение, что классовая эмансипация автоматически устранит угнетение женщин, подчёркивая, что патриархальные отношения, неравенство в семье и гендерное разделение труда могут сохраняться даже после изменения экономических институтов. Таким образом, марксистский феминизм охватывает различные подходы к соотношению классовой борьбы, автономной политической организации женщин и преобразования общественных отношений (Vogel, 1983/2013).
Одной из важнейших тем дискуссий в марксистском феминизме является неоплачиваемый домашний труд. Ведение домашнего хозяйства, уход за детьми и другие формы заботы необходимы для повседневного поддержания жизни домохозяйств и воспроизводства рабочей силы. Однако при капитализме эти виды деятельности часто рассматривались как частные обязанности, а не как экономически значимый труд. Их неравное распределение ограничивает участие женщин в оплачиваемой занятости и способствует их экономической зависимости.
Эта проблема обусловила возникновение влиятельного движения «Заработная плата за домашний труд» (Wages for Housework) в начале 1970-х годов. Мариароза Далла Коста (Mariarosa Dalla Costa) и Сельма Джеймс (Selma James) в работе «Сила женщин и подрыв сообщества» (The Power of Women and the Subversion of the Community, 1972) поставили под сомнение традиционное разграничение производительного труда на рабочем месте и репродуктивного труда в домашнем хозяйстве. Они утверждали, что неоплачиваемый домашний труд женщин поддерживает функционирование капиталистической экономики, обеспечивая жизнедеятельность работников/-ниц и воспроизводя условия, необходимые для наёмного труда (Dalla Costa & James, 1972).
Далла Коста подчёркивала, что социальное положение домохозяйки не ограничивается женщинами, которые не работают за пределами дома. Женщины, занятые оплачиваемым трудом, также могут оставаться ответственными за домашнее хозяйство, фактически выполняя вторую рабочую смену. С этой точки зрения подчинение женщин поддерживалось не только их исключением из оплачиваемой занятости, но и неравной организацией труда внутри домохозяйства.
Сильвия Федеричи (Silvia Federici) в работе «Заработная плата против домашнего труда» (Wages Against Housework, 1975) развила идею политического значения требования оплаты домашнего труда. Она утверждала, что домашняя работа представлялась как естественное проявление женственности и любви, а не признавалась общественно необходимым трудом. Требование заработной платы должно было сделать видимой экономическую ценность этой деятельности и поставить под сомнение предположение, что женщины от природы обязаны выполнять её бесплатно. Следовательно, речь шла не просто о предложении государственной оплаты труда домохозяек, но и о стратегии критического переосмысления гендерной организации труда (Federici, 1975).
Кампания вызвала разногласия внутри феминистского движения. Часть активисток рассматривала оплату домашнего труда как способ признания женского труда и укрепления экономической независимости женщин. Другие опасались, что такие выплаты могут закрепить отождествление женщин с домашними обязанностями вместо того, чтобы способствовать их перераспределению. Эти дискуссии показали, что семейные отношения и неоплачиваемый труд являются не только частными вопросами, но и фундаментальными проблемами экономической организации и политической власти.
Социалистический феминизм сформировался как особенно влиятельный теоретический и политический подход в конце 1960-х — в 1970-х годах. Сочетая марксистский классовый анализ с радикально-феминистскими теориями патриархата, он стремился объяснить, как экономическая эксплуатация и гендерное доминирование взаимодействуют друг с другом. Социалистические феминистки утверждали, что капитализм и патриархат следует рассматривать как взаимосвязанные структуры, хотя и расходились в вопросе, представляют ли они относительно автономные системы или являются составляющими единого общественного порядка.
Работы Суламифь Файерстоун (Shulamith Firestone) и Кейт Миллетт (Kate Millett), в которых подчёркивалось политическое значение сексуальности, репродукции и мужского доминирования, повлияли на интеллектуальный контекст становления социалистического феминизма. Их идеи побуждали социалистических феминисток исследовать формы угнетения, которые невозможно свести к наёмному труду или собственности на средства производства.
Важный вклад внесла Джульет Митчелл (Juliet Mitchell) в статье «Женщины: самая долгая революция» (Women: The Longest Revolution, 1966). Митчелл утверждала, что положение женщин невозможно объяснить одним лишь экономическим производством. Она выделила четыре взаимосвязанные структуры, определяющие социальное положение женщин: производство, репродукцию, сексуальность и социализацию детей. Поскольку эти структуры имеют разные истории развития и не сводятся друг к другу, женская эмансипация требует преобразований, выходящих далеко за пределы участия в оплачиваемой занятости (Mitchell, 1966).
Социалистическая феминистская теория также исследовала взаимосвязь капитализма и патриархата. Зилла Айзенштейн (Zillah Eisenstein) в сборнике «Капиталистический патриархат и аргументы в пользу социалистического феминизма» (Capitalist Patriarchy and the Case for Socialist Feminism, 1979) объединила исследования угнетения женщин, в которых экономическая эксплуатация связывалась с мужским доминированием и другими формами социального неравенства. Концепция капиталистического патриархата подчёркивала взаимное усиление капиталистических экономических структур и патриархальных властных отношений (Eisenstein, 1979/2019).
Теоретические противоречия между марксизмом и феминизмом особенно отчётливо проявились в дискуссиях относительно того, какие формы господства следует считать первичными. Отдельные марксистские подходы рассматривали гендерное неравенство как следствие классовой эксплуатации, тогда как феминистские критикини утверждали, что такие интерпретации подчиняют женский опыт преимущественно мужскоцентричному пониманию политической борьбы.
Хайди Хартманн (Heidi Hartmann) исследовала эти противоречия во влиятельной статье «Несчастливый брак марксизма и феминизма: на пути к более прогрессивному союзу» (The Unhappy Marriage of Marxism and Feminism: Towards a More Progressive Union, 1979). Она утверждала, что марксистская теория необходима для понимания капиталистической эксплуатации, но сама по себе недостаточна для объяснения устойчивости патриархальных отношений. По мнению Хартманн, адекватный феминистский анализ должен учитывать как капитализм, так и материальные основы мужского доминирования. Её аргументация способствовала утверждению теоретической значимости исследования взаимодействия класса и гендера вместо трактовки одного из них как вторичного проявления другого (Hartmann, 1979).
Социалистические феминистки также подчёркивали, что опыт угнетения женщин формируется под влиянием расы, сексуальности и других социальных различий. Экономическое положение не влияло на всех женщин одинаково, а организация оплачиваемого труда, семейной жизни и репродуктивных обязанностей различалась в зависимости от социальной группы. Поэтому анализ угнетения женщин требовал внимания к различным способам функционирования капиталистических и патриархальных отношений в конкретных исторических и социальных условиях.
Одной из центральных целей социалистического феминизма стало преобразование социального воспроизводства - деятельности и институтов, благодаря которым поддерживаются и возобновляются человеческая жизнь, рабочая сила и общественные отношения. К ним относятся рождение и воспитание детей, домашний труд, образование, уход за больными, пожилыми людьми и другими лицами, нуждающимися в помощи. Социалистические феминистки утверждали, что организация этих видов деятельности имеет фундаментальные последствия для экономической независимости женщин, их личной автономии и участия в публичной жизни.
Соответственно, их требования выходили за пределы равной оплаты труда и доступа к занятости. Они включали репродуктивную автономию, доступ к контрацепции и абортам, доступный уход за детьми, отпуска для матерей и отцов, гибкие графики работы и более справедливое распределение домашних обязанностей. Такие реформы были направлены не только на уменьшение непропорциональной нагрузки неоплачиваемым трудом на женщин, но и на изменение социальных ожиданий, определяющих семейную жизнь и практики заботы.
Эти принципы нашли отражение в деятельности социалистических феминистских организаций 1970-х годов. Например, Чикагский союз освобождения женщин (Chicago Women’s Liberation Union) разработал политическую стратегию, сочетавшую борьбу против капитализма, сексизма и других форм угнетения. Его брошюра «Социалистический феминизм: стратегия женского движения» (Socialist Feminism: A Strategy for the Women’s Movement, 1972), подготовленная отделением организации в Гайд-Парке, отстаивала необходимость движения, способного учитывать личный опыт женщин и одновременно добиваться более широких социальных и экономических преобразований (Chicago Women’s Liberation Union, 1972).
Хотя в конце 1970-х годов и в последующие десятилетия социалистические феминистские организации претерпели значительные изменения, соответствующая теоретическая традиция продолжила развиваться. Её проблематика оставалась центральной для дискуссий о неоплачиваемом труде, экономической зависимости, организации заботы и взаимосвязи гендерного неравенства с капиталистическим производством.
Важным этапом развития марксистского феминизма стало формирование теории социального воспроизводства. В работе «Марксизм и угнетение женщин: к единой теории» (Marxism and the Oppression of Women: Toward a Unitary Theory), впервые опубликованной в 1983 году, Лиза Фогель (Lise Vogel) исследовала связь между воспроизводством рабочей силы и организацией капиталистического общества. Вместо объяснения угнетения женщин через две полностью обособленные системы — капитализм и патриархат — Фогель стремилась разработать интегрированный материалистический подход к производству, воспроизводству и гендерным отношениям (Vogel, 1983/2013).
Современная теория социального воспроизводства продолжила развитие этой перспективы. Сборник «Теория социального воспроизводства: переосмысление класса, возвращение угнетения в центр анализа» (Social Reproduction Theory: Remapping Class, Recentering Oppression) под редакцией Тити Бхаттачарьи (Tithi Bhattacharya) (2017) исследует, как домашний труд, уход за детьми, образование, здравоохранение и другие формы социального воспроизводства поддерживают экономическую жизнь и формируют классовые, гендерные и расовые отношения. Этот подход демонстрирует актуальность марксистского и социалистического феминистского анализа для осмысления современного неравенства (Bhattacharya, 2017).
Взаимосвязь марксистского и социалистического феминизма остаётся теоретически сложной. Оба направления ставят под сомнение отделение экономической жизни от якобы частной сферы семейных и домашних отношений. Их разногласия касаются относительной автономии патриархальных структур, значения классовой борьбы и политических стратегий, необходимых для преодоления гендерного неравенства. Эти дискуссии способствовали формированию более широкого понимания угнетения женщин как явления, укоренённого в организации как производственной, так и воспроизводственной жизни.
К известным историческим деятельницам, теоретикиням и активисткам, связанным с марксистской и социалистической феминистскими традициями, относятся Клара Цеткин (Clara Zetkin), Роза Люксембург (Rosa Luxemburg), Адельгейд Попп (Adelheid Popp), Александра Коллонтай (Alexandra Kollontai), Рая Дунаевская (Raya Dunayevskaya), Шейла Роуботам (Sheila Rowbotham), Джульет Митчелл (Juliet Mitchell), Зилла Айзенштейн (Zillah Eisenstein), Хайди Хартманн (Heidi Hartmann), Барбара Эренрайх (Barbara Ehrenreich), Мариароза Далла Коста (Mariarosa Dalla Costa), Сельма Джеймс (Selma James), Сильвия Федеричи (Silvia Federici) и Лиза Фогель (Lise Vogel). Их теоретические и политические позиции различаются, отражая интеллектуальное многообразие этих традиций.
Литература
Bhattacharya, T. (Ed.). (2017). Social reproduction theory: Remapping class, recentering oppression. Pluto Press. https://doi.org/10.2307/j.ctt1vz494j
Chicago Women’s Liberation Union. (1972). Socialist feminism: A strategy for the women’s movement. Chicago Women’s Liberation Union.
Dalla Costa, M., & James, S. (1972). The power of women and the subversion of the community. Falling Wall Press.
Eisenstein, Z. R. (Ed.). (2019). Capitalist patriarchy and the case for socialist feminism. Monthly Review Press. (Original work published 1979)
Engels, F. (2021). The origin of the family, private property and the state. Verso. (Original work published 1884)
Federici, S. (1975). Wages against housework. Power of Women Collective & Falling Wall Press.
Hartmann, H. I. (1979). The unhappy marriage of Marxism and feminism: Towards a more progressive union. Capital & Class, 3(2), 1–33. https://doi.org/10.1177/030981687900800102
Luxemburg, R. (2004). Women’s suffrage and class struggle (R. Waldrop, Trans.). In P. Hudis & K. B. Anderson (Eds.), The Rosa Luxemburg reader (pp. 237–242). Monthly Review Press. (Original work published 1912)
Mitchell, J. (1966). Women: The longest revolution. New Left Review, I(40), 11–37. https://doi.org/10.64590/kp3
Vogel, L. (2013). Marxism and the oppression of women: Toward a unitary theory. Brill. (Original work published 1983)
Zetkin, C. (2015). Only in conjunction with the proletarian woman will socialism be victorious. In P. S. Foner (Ed.), Clara Zetkin: Selected writings (pp. 72–83). Haymarket Books. (Original work published 1896)