Феминизм психоаналитический
Феминизм психоаналитический - направление феминистской теории, возникшее в XX веке и использующее психоанализ для объяснения психологических механизмов, лежащих в основе гендерной идентичности, подчиненного положения женщин и воспроизводства гендерного неравенства. Отношения между феминизмом и психоанализом исторически были неоднозначными. С одной стороны, Зигмунд Фрейд подвергался критике за свои интерпретации женственности, в частности за концепции зависти к пенису, комплекса кастрации и представления о зависимости, эмоциональности, пассивности и мазохизме как характерных чертах женщин. Такие феминистские теоретикини, как Бетти Фридан (Betty Friedan), Суламифь Файерстоун (Shulamith Firestone) и Кейт Миллетт (Kate Millett), критиковали биологический детерминизм и андроцентричные предпосылки, которые они усматривали во фрейдистской теории. С этой точки зрения психоаналитические объяснения бессознательных процессов могли рассматриваться как способ закрепления подчиненного положения женщин в обществе. С другой стороны, исследование Фрейдом сексуальности, детского развития и бессознательного признавалось значительным интеллектуальным достижением. Его анализ психосексуального развития предложил теоретическую основу для изучения бессознательных аспектов гендерной субъективности и формирования гендерной идентичности (Mitchell, 1974).
Поворотным моментом в развитии психоаналитического феминизма стала публикация книги Джулиет Митчелл (Juliet Mitchell) «Психоанализ и феминизм» (Psychoanalysis and Feminism, 1974), за которой последовали работы Дороти Диннерстайн (Dorothy Dinnerstein) «Русалка и Минотавр: организация отношений между полами и человеческое неблагополучие» (The Mermaid and the Minotaur: Sexual Arrangements and Human Malaise, 1976) и Нэнси Ходоров (Nancy Chodorow) «Воспроизводство материнства: психоанализ и социология гендера» (The Reproduction of Mothering: Psychoanalysis and the Sociology of Gender, 1978). Эти работы способствовали формированию особой феминистской интерпретации психоанализа. Вместо того чтобы отвергать психоаналитическую теорию как изначально патриархальную, феминистские исследователи/-ницы начали использовать ее для изучения психологических оснований гендерного неравенства и бессознательных процессов, посредством которых воспроизводятся гендерные отношения. Психоанализ понимался одновременно как теория и метод исследования бессознательных фантазий, эмоциональных привязанностей, сексуальности, а также способов, которыми индивиды конструируют и реконструируют свой прошлый опыт в настоящем. Особое внимание уделялось бессознательному формированию мужской и женской идентичности и значению ранних отношений между матерью и ребенком (Mitchell, 1974; Chodorow, 1978).
В рамках психоаналитического феминизма часто выделяют две основные теоретические ориентации: теорию объектных отношений и межличностные подходы, связанные преимущественно с англо-американской традицией, и лаканианские подходы, оказавшие особое влияние на французскую феминистскую теорию. Теория объектных отношений переносит внимание с центральной роли отца и эдипова комплекса, подчеркиваемых в классическом фрейдистском психоанализе, на доэдипальный период и раннюю эмоциональную связь ребенка с матерью. Такой подход позволяет исследовать гендерную организацию родительства и психологические последствия преимущественной ответственности женщин за уход за детьми в раннем возрасте. Зависимость младенцев от людей, осуществляющих первичный уход, а также эмоциональные привязанности, тревоги и противоречивые чувства, возникающие в этих отношениях, рассматриваются как значимые факторы последующего формирования гендерной субъективности (Chodorow, 1978; Dinnerstein, 1976).
Дороти Диннерстайн, опираясь на теорию объектных отношений, утверждала, что ранняя зависимость ребенка от матери порождает глубокие и нередко противоречивые бессознательные чувства. Согласно ее интерпретации, последующее стремление мужчин к господству над женщинами и природой отчасти может рассматриваться как попытка преодолеть тревогу, связанную с первоначальной зависимостью от женщины, осуществлявшей уход за ребенком. Таким образом, иерархическая организация гендерных отношений связывается с эмоциональными последствиями такого общественного устройства, при котором основная ответственность за уход за маленькими детьми возлагается на женщин. Диннерстайн рассматривала неравномерное распределение родительских обязанностей как важный психологический источник гендерной иерархии и выступала за более активное участие мужчин в уходе за детьми (Dinnerstein, 1976).
Нэнси Ходоров, еще одна видная представительница психоаналитического феминизма, также исследовала последствия преимущественной ответственности женщин за материнство и уход за детьми. Однако, в отличие от Диннерстайн, она уделяла больше внимания близости, эмоциональной привязанности и непрерывности отношений. В ее интерпретации ранние отношения с матерью формируют гендерно обусловленные особенности личности и влияют на последующие межличностные отношения. Стремление сохранить или воссоздать отдельные аспекты ранней эмоциональной близости может продолжать бессознательно проявляться во взрослой жизни. Ходоров утверждала, что социальная организация материнства способствует воспроизводству гендерных различий и мужского доминирования. Она считала, что преобразование этих отношений требует более равномерного распределения обязанностей по уходу за детьми между женщинами и мужчинами. С этой точки зрения материнство представляет собой не просто биологическую функцию, но и социально организованную практику, влияющую на психологическое развитие и воспроизводство гендерных отношений (Chodorow, 1978).
Второе основное направление психоаналитического феминизма сформировалось под влиянием работ Жака Лакана (Jacques Lacan). В отличие от теории объектных отношений, акцентирующей внимание на ранних эмоциональных привязанностях, лаканианская теория сосредоточивается на языковом и символическом структурировании субъективности, сексуальности и желания. Этот подход исследует, каким образом индивиды становятся субъектами внутри систем языка и репрезентации и как половое различие конституируется посредством символических отношений. Лаканианский психоанализ оказал значительное влияние на постструктуралистскую и постмодернистскую феминистскую теорию, особенно на подходы, связанные с исследованием языка, интерпретацией текстов и конструированием женской субъективности. Люс Иригарэй (Luce Irigaray) критически переосмыслила психоаналитические понятия, чтобы выявить маскулинные предпосылки, лежащие в основе представлений о женщинах и половом различии. Джейн Гэллоп (Jane Gallop) исследовала взаимоотношения феминизма и лаканианского психоанализа, тогда как Торил Мой (Toril Moi) внесла вклад в критическое осмысление французской феминистской теории, включая ее взаимодействие с психоанализом и постструктурализмом (Irigaray, 1985; Gallop, 1982; Moi, 1985).
Смежные дискуссии о гендерных особенностях психологического развития возникли также в феминистской моральной психологии. Кэрол Гиллиган (Carol Gilligan) в работе «Иным голосом: психологическая теория и развитие женщин» (In a Different Voice: Psychological Theory and Women’s Development, 1982) поставила под сомнение психологические теории, рассматривавшие преимущественно мужские модели морального развития как универсальные. Она разграничила моральные ориентации, основанные на справедливости, правилах, правах и автономии, и ориентации, акцентирующие заботу, ответственность, отношения и внимание к потребностям других людей. Хотя эти ориентации нередко связывались соответственно с мужскими и женскими моделями морального мышления, Гиллиган не рассматривала их как неизменные биологические свойства мужчин и женщин. Ее исследования способствовали развитию феминистских дискуссий о гендерных различиях в моральном опыте и межличностных отношениях, однако их следует отличать от психоаналитического феминизма в узком теоретическом смысле (Gilligan, 1982).
Психоаналитический феминизм подвергался критике за предполагаемый эссенциализм, акцент на внутренних психологических механизмах и недостаточное, в некоторых интерпретациях, внимание к социальным, экономическим и институциональным условиям воспроизводства мужского доминирования. Тем не менее его значение для феминистской и социальной теории заключается в демонстрации того, что материнство, отцовство и воспитание детей представляют собой не только биологические функции, но и социально организованные отношения, имеющие глубокие психологические последствия. Психоаналитическая феминистская теория привлекла особое внимание к роли раннего детского опыта, бессознательным аспектам гендерной идентичности и способам, посредством которых сложившиеся практики ухода за детьми способствуют воспроизводству гендерных отношений (Chodorow, 1978; Mitchell, 1974).
К основным представительницам психоаналитического феминизма относятся Джулиет Митчелл (Juliet Mitchell), Нэнси Ходоров (Nancy Chodorow), Дороти Диннерстайн (Dorothy Dinnerstein), Люс Иригарэй (Luce Irigaray) и Джейн Гэллоп (Jane Gallop). Торил Мой (Toril Moi) внесла значительный вклад в критическую интерпретацию психоаналитической и постструктуралистской феминистской теории, тогда как работы Кэрол Гиллиган (Carol Gilligan) относятся преимущественно к феминистской моральной психологии и повлияли на смежные дискуссии о гендере, заботе и психологическом развитии.
См. также: Феминизм, Гендерная идентичность, Эдипова стадия, Эссенциализм, Феминизм постмодернистский.
Литература:
Chodorow, N. (1978). The reproduction of mothering: Psychoanalysis and the sociology of gender. University of California Press.
Dinnerstein, D. (1976). The mermaid and the minotaur: Sexual arrangements and human malaise. Harper & Row.
Gallop, J. (1982). The daughter’s seduction: Feminism and psychoanalysis. Cornell University Press.
Gilligan, C. (1982). In a different voice: Psychological theory and women’s development. Harvard University Press.
Irigaray, L. (1985). Speculum of the other woman (G. C. Gill, Trans.). Cornell University Press. (Original work published 1974).
Mitchell, J. (1974). Psychoanalysis and feminism. Allen Lane.
Moi, T. (1985). Sexual/textual politics: Feminist literary theory. Methuen.