Биодетерминизм

Биодетерминизм (биологический детерминизм) — принцип рассмотрения явлений, согласно которому определяющими для характеристик человека считаются биологические природные факторы. Впервые биодетерминизм возник в середине 19-го века в контексте учения Дарвина о естественном отборе, сначала для объяснения своеобразия поведения живых систем, к которым впоследствии стали относить и человека [1].

Биодетерминисты/-ки  придают полу привилегированной значимости. По их мнению, именно биологический пол не просто определяет человека как мужчину или женщину, но и формирует его/ее гендерный образ. Биологические различия между полами рассматриваются как универсальная основа, которая имеет свое культурное продолжение в виде гендерных ролей в каждом обществе. Так, культуролог Игорь Коган утверждает, что именно пол во многом определяет и наполняет содержанием каждую форму человеческой деятельности, каждый образец человеческого поведения, каждый тип человеческой мысли, чувств или творческого воображения. Пол один из тех элементов, который играет ведущую роль в выборе направления движения культурного процесса во многих его ипостасях и течениях [2, с. 22].

С точки зрения биодетерминизма, пол человека — это не второстепенная характеристика, следующая сразу за понятием человека. Пол — это и есть сам человек, это первое, что конституирует человека. Анатомия и физиология являются лишь следствием пола, они меняются под влиянием возраста и окружающей среды, пол не меняется ни при каких обстоятельствах. Это положение не отменяет внутреннюю динамику пола, а лишь утверждает наличие неизменной половой структуры и половой дифференциации биологического как незыблемой основы существования и функционирования живого организма [2, с. 22].

Итак, основная идея биодетерминизма в гендерной теории, состоит в так называемой идеи пола:

Несмотря на то, что мужчина и женщина принадлежат к одному виду Homo Sapiens, что только подчеркивает биологическое единство людей в рамках живого мира, несмотря на небольшие различия между мужскими и женскими организмами, содержащиеся в их репродуктивной функции, биодетерминисты с уверенностью заявляют о том, что именно она (репродуктивная функция) формирует те различия между мужским и женским, между маскулинным и феминным, которые мы сейчас имеем в обществе. Именно биологическая разница между мужчинами и женщинами создает мужские и женские гендерные образы, влияет на различные сферы общественной и частной жизни, а также на психологические отношения между полами.

Подытоживая вышесказанное, можно выделить следующие дискуссионные положения биодетерминизма по вопросам пола и гендера:

1. Биодетерминисты/-ки утверждают, что участие в процессе репродукции является первичным биологическим предназначением и мужчины, и женщины. Это, по их мнению, закреплено на анатомическом уровне и половыми признаками [3, с. 110]. Однако, в обществе мы можем наблюдать контроль человека над собственной половой жизнью и его эмансипацию от деторождения. Здесь следует говорить не только о широком спектре методов и средствах контрацепции, абортивную практику, но и изменении жизненных приоритетов. Увеличение возраста материнства и отцовства (средний возраст материнства в Украине — 27 лет, в Канаде, Германии, Швеции, Норвегии, Италии, Испании, Японии, Франции и многих других странах средний возраст материнства превышает 30 лет), рост количества однодетных семей и child-free пар, ставят под вопрос биологическую природу материнского инстинкта в частности и «природное предназначение» полов в целом.

2. Биодетерминизм акцентирует внимание на различиях антропометрических характеристик у мужчин и женщин. Сюда относится и рост человека, и масса тела и соотношение различных тканей, мышц и органов в организме. Именно поэтому, по мнению биодетерминистов/-ок, стабильно ниже на 9-21% являются показатели женщин в большинстве видов спорта, однако гибкость и грация — более развиты.

Однако здесь можно возразить тем, что спортивные рекорды каждый год «бьются». То, что когда-то считалось достижением среди мужчин, сегодня становится нормой для женщин и наоборот. И пока границы, которая была бы непреодолима путем упражнений и тренировок тела, не достигнуто. Кроме того, вес тела, рост, развитие различных тканей человека в современном обществе достаточно сильно зависят от унаследованных детьми склонностей, заболеваний, диеты, образа жизни и не в последнюю очередь — моды. Учитывая сложность определения биологической нормы этих характеристик, рассматривать их следует скорее в рамках гендерной, а не половой дифференциации [3, с. 111].

Так, например, американская философиня феминизма Элисон Мэри Джаггер (Alison Mary Jaggar) показала, что изменение общественных нравов приводит к изменениям в организме человека. Таким образом она обратила внимание на то, что женщины становятся физически сильнее, поскольку физическая женская мощь стала социально приемлемой. Кроме того, изменяя общественные обычаи, можно влиять не только на внешний вид человека, но и на его внутреннюю биологию с включением изменений в его генетический код. Так, культурное предпочтение, отдаваемое хрупким женщинам в определенных обществах, привело к преимущественному выбору именно таких женщин для репродуктивных целей. Джаггер заявила, что взаимные причинные связи между биологией и общественными обычаями сделали теоретически проблематичной идею четкой демаркации природы и культуры [4, с.109]; [5, с. 290].

3. Гипотеза функциональной асимметрии мозга (ФАМ) пытается объяснить когнитивные различия между полами и оправдать распределение гендерных ролей, гендерную сегрегацию труда, и, в конечном счете, гендерное неравенство особенностью пренатального развития, флуктуацией мужских и женских гормонов, скоростью полового созревания и тому подобное. Такой подход полностью нивелирует индивида как субъекта, творца социальной реальности. Теория социального конструирования гендера опровергает указанный эссенциализм, акцентируя внимание на том, что большинство различий между женщинами и мужчинами имеют не биологическую, а социокультурную и историческую природу. Так, способность к определенным видам деятельности скорее обусловлено гендерными стереотипами конкретной социальной среды, которые одобряют и поощряют шаблоны гендерноправильного поведения, чем физиологическими процессами в организме человека. Разрушение монополий полов на так называемые мужские и женские сферы деятельности свидетельствует о нелепости гендерной поляризации, которой придерживаются большинство сторонников гипотезы ФАМ.

4. Определяя репродуктивную функцию человека как главную, биодетереминизм опирается на половой диморфизм, то есть на два противоположных пола — мужской и женский. Однако понятие пола является сложным и не ограничивается только естественной способностью к воспроизводству следующих поколений. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) отмечает, что важно признать существование лиц, которые не вписываются в бинарную систему категорий мужского и женского полов [6]. Акцент на репродуктивных процессах делает невидимыми смешанные, переходные половые формы. Известная американская феминистка, профессор биологии Энн Фаусто-Стерлинг (Anne Fausto-Sterling) в своей статье «Пять полов: почему мужчины и женщины недостаточно» говорит, что, с биологической точки зрения, существует много градаций от женщины к мужчине и в зависимости от того, какой комплекс половых признаков преобладает, следует говорить как минимум о пяти полах, а именно: 1) носители женских гениталий — женщины; 2) носители мужских гениталий — мужчины; 3) носители смешанных гениталий — гермафродиты (гермы) 4) носители преимущественно женских, но с мужскими элементами гениталий — феминные псевдо гермафродиты (фермы) 5) носители преимущественно мужских, но с женскими элементами гениталий — маскулинные псевдо гермафродиты (мермы). Кроме того, исследовательница отмечает, что пол — это огромный, чрезвычайно гибкий континуум, который нельзя жестко ограничивать даже обозначенными пятью категориям [3, c. 114], [7, 1994].

По мнению украинской ученой Людмилы Малес, пол относится к ряду понятий, которые исчезают. Сам факт обсуждения биологических и гендерных принципов мужского и женского является доказательством того, что существование пола как бинарной оппозиции проблематизируется. Сомнение в незыблемости полового разделения человечества усиливается внедренными технологиями и новейшими открытиями в биологии, медицине и психологии. Возможности контрацепции и признание репродуктивных прав женщин, большая открытость общества к различным сексуальным ориентациям, возможности хирургической смены пола, в конце концов, возникновение техники искусственного деторождения — почти полностью снимают биологические барьеры, которые довлеют над человеком, делая его пол приговором [3, с. 114].

Хотя гипотеза о том, что биологические факторы определяют характерные черты поведения женщин и мужчин, не может быть полностью отвергнута, попытки идентифицировать физиологические причины такого влияния не имели успеха в течение последнего столетия. Энтони Гидденс (Anthony Giddens) утверждает, что не существует свидетельств наличия механизмов, связывающих подобные биологические силы со сложной социальным поведением мужчин и женщин. Теории, сторонники которых считают, что при формировании человеческого поведения индивид подчиняется определенной врожденной склонности, пренебрегают жизненно важной ролью социального взаимодействия [8].

Наиболее известным в отечественной науке примером биодетерминизма является эволюционная теория пола В. А. Геодакяна.

Биодетерминизм часто выступает объектом феминистской критики, поскольку он мыслит природные факторы как неизменные. Однако и сами феминистки неоднократно обращались к биологии с целью аргументировать свои взгляды. В этом контексте целесообразно будет вспомнить «феминизм особых прав», который со временем превратился в «феминизм государственного обеспечения», радикальный феминизм, отдельные теории женской сексуальности (Моника Виттиг, Люс Иригарей) и др. — все они в той или иной степени апеллируют к биологическому эссенциализму, то есть к особой женской природе, которая отличается от мужской, с ее собственными специфическими женскими ценностями.

Литература:

1. Булавина Т.В. Биодетерминизм. // Словарь гендерных терминов / Под ред. А. А. Денисовой / Региональная общественная организация «Восток-Запад: Женские Инновационные Проекты». М.: Информация XXI век, 2002. — 256 с. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.owl.ru/gender/383.htm.

2. Коган И.Л. Гендерная культурология: культура пола и «пол» культуры.— Мн.: Ковчег, 2003.— 336 с.

3. Малес Л.В. Біологічні, психологічні та соціокультурні чинники // Основи теорії ґендеру: Навчальний посібник. – К.: “К.І.С.”, 2004. – С.109-131.

4. Jaggar, A. M. (1983). Radical feminism and human nature. Feminist politics and human nature (pp. 83–168). Totowa, NJ: Rowman and Allanheld: Harvester.

5. Nicholson, L. (1998). Gender. In A. M. Jaggar & I. M. Young (Eds.), A Companion to Feminist Philosophy (pp. 289–297). Malden, Mass. ; Oxford : Blackwell Pub.

6. Gender. (August 2015, Fact sheet №403). World Health Organization. Retrieved from http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs403/en/.

7. Fausto-Sterling, A. (1993). The Five Sexes: Why Male and Female Are Not Enough. The Sciences, 33 (2), рp. 20–24.

8. Giddens, A. (1997). Sociology (3rd ed.). Cambridge [England]: Polity Press.

Шевченко З.В. Биодетерминизм [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://a-z-gender.net/biodeterminizm.html

или

Шевченко З.В. Ідея біодетермінізму в ґендерній теорії // Суспільні науки: сучасні тенденції та фактори розвитку: Матеріали міжнародної науково-практичної конференції (м. Одеса, Україна, 23-24 січня 2015 року). – Одеса: ГО «Причорноморський центр досліджень проблем суспільства», 2015. – С. 106-108.

 

Добавить комментарий

*

code